Марат Хуснуллин снова напомнил стране простую мысль: если что‑то стоит без дела, его пора пустить в оборот. А если собственник этого «что‑то» — государство, то оборот желательно сделать побыстрее и под контролем Росимущества.

«Надо навалиться»: что именно хотят изымать

На коллегии Росимущества Хуснуллин потребовал усилить работу по изъятию неиспользуемого или плохо используемого имущества. Речь о зданиях, земельных участках и прочих активах, которые годами пылятся в балансах, но не приносят ни дохода, ни налогов.

Он прямо говорит:

• законодательная база для изъятия уже принята в прошлые годы;
• теперь нужно «навалиться» и превратить эту базу в результат;
• всё неэффективно используемое имущество надо обращать в казну и продавать.

Идея проста: чем меньше «мертвых» площадей и участков, тем больше живых денег и налогов.

Конфискат и «нестандартные подходы»

Отдельная тема — конфискованные активы. По ним вице‑премьер тоже призывает ускориться и подключить «нестандартные подходы».
Фактически он предлагает:

• разобрать, где процесс тормозит,
• оптимизировать процедуры,
• использовать цифровые технологии,
• и главное — повысить скорость движения этих активов от ареста до реальной продажи или использования.

Грубо говоря, чтобы конфискованное имущество не превращалось в ещё один склад пыли с охраной за счёт бюджета.

Имущество как налоговая база

Хуснуллин подчёркивает: имущество — основа налоговой базы регионов «во всём мире». Россия, по его словам, остаётся недокапитализированной страной, поэтому:

• идёт переоценка и кадастрирование объектов;
• в 2026 году нужно проверить, насколько корректно оценено федеральное имущество;
• важно понимать, какой доход и какую налоговую базу оно реально даёт.

То есть государство намерено точнее посчитать всё, что у него есть, и жёстче спросить с того, что лежит мёртвым грузом.

500 тысяч гектаров под жильё

Отдельный сюжет — земля под строительство.
По планам до 2030 года нужно найти не менее 500 тысяч гектаров под жилищное строительство. Без этого, признаёт вице‑премьер, нацпроект «Инфраструктура для жизни» реализовать не получится.

Отсюда — логика:

• искать свободные участки,
• вовлекать их в оборот,
• оперативно готовить документацию, чтобы землю можно было быстро включать в градостроительные планы.

Проще говоря, если где‑то рядом с городом годами пустует поле или полуразрушенная промзона, у них появился шанс превратиться в «перспективный жилой квартал».

Что это значит для обычных людей

Для рядового жителя вся эта повестка переводится так:

• пустующие здания могут пойти под продажу, реконструкцию или снос;
• заброшенные участки — под застройку или новые проекты;
• региональные власти будут активнее переоценивать имущество и землю, что в перспективе влияет и на налоги, и на арендные ставки.

С долей иронии это выглядит так: всё, что много лет никому не было нужно, вдруг окажется «стратегическим резервом» — и для бюджетов, и для стройкомплекса. А дальше уже вопрос, насколько аккуратно и прозрачно будут искать баланс между интересами государства, бизнеса и тех самых «обычных людей», которые живут рядом с этим имуществом.

Автор: Родион Шестипятов.